воскресенье, 18 ноября 2012 г.

Согьял Ринпоче. Дзогчен и Падмасамбхава

ВВЕДЕНИЕ
 
Дзогчен является окончательным и предельным учением и сердцем учений всех будд. Хотя Дзогчен обычно связывается с Нинма или Старой Школой тибетского буддизма, основанной Падмасамбхавой, мастера всех различных школ в течение веков применяли его в качестве своей сокровенной практики. Источники Дзогчена восходят к доисторическим временам, и он не ограничен ни буддизмом, ни Тибетом, ни даже нашим миром, поскольку в писаниях говорится, что он существует в тринадцати различных мировых системах.

Термин «Дзогчен» является сокращенной формой тибетского слова Дзогпаченпо. Дзогпа означает «завершённый» или «конец»; ченпо означает «великий». Это обычно переводится как «Великое Совершенство», но кто-то может подумать просто о совершенстве, которого мы стремимся достичь, о путешествии к цели Великого Совершенства, а это не является смыслом Дзогчена. Дзогчен объясняется как основа, путь и плод, и с точки зрения основы Дзогпаченпо, она является уже самосовершенным состоянием нашей изначальной природы, которая не нуждается в совершенствовании, ибо она всегда была совершенной изначально, подобно небу. Она – несоздана, но, тем не менее, самопроизвольно завершена.

Традиционно слово Дзогчен возводят к двум исходным санскритским терминам. Первый – Махасандхи, что означает собрание всего или квинтэссенцию – подразумевает, что Дзогчен является самой сущностью, сливками и сердцевинным соком всех учений. Поэтому многие учения Дзогчена известны как Нинтик или «Сердечная Сущность», например, Лончен Нинтик.

Второй термин – это Атийога, что означает «изначальная йога»; Ати означает наивысшее, вершину, или зенит. Смысл этого термина подразумевает восхождение на гору, достижение вершины и обретение видения всего. Потому что в школе Нинма Атийогу или Дзогчен помещают на вершину особой классификации буддийского пути как высшую из девяти ян или колесниц, которые включают три Внутренние Тантры, присущие исключительно традиции Нинма: Махайогу, Ануйогу и Атийогу. Вершина всех ян, Атийога представляет собой наивысшую точку духовного развития индивидуума, место, где все духовные дисциплины и пути пересекаются. В недавние времена такие мастера, как Чогьям Трунпа Ринпоче, для обозначения Дзогчена также использовали термин Маха Ати.

В Дзогчене существуют три передачи: прямая передача ума от будд, передача посредством знаков видьядхар, и устная передача от реализованных существ посредством слова изо рта. Линия преемственности Дзогчена, непрерывно продолжающаяся до настоящего времени, исходит от дхармакайи Самантабхадры (тиб. Кунтусанпо) к самбхогакайе, представленной пятью семействами будд и Ваджрасаттвой, а затем переходит к первому мастеру-человеку Гараб Дордже. Затем она перешла к Манджушримитре и Шри Сингхе, и была передана в Тибет Падмасамбхавой, Вималамитрой, Вайрочаной и Йеше Цогьял.

Падмасамбхава, или «Гуру Ринпоче» – «Драгоценный Гуру» – как его сердечно называет тибетский народ, – это Махагуру, который распостранил буддизм в Тибете в восьмом веке. Царь Трисон Дэцен пригласил Падмасамбхаву по совету великого индийского Кхэнпо Шантаракшиты. Говорят, что Падмасамбхава оставался в Тибете приблизительно в течение пятидесяти пяти лет. Он путешествовал по всей стране, обучая и практикуя, усмиряя силы, которые создавали препятствия буддадхарме, и наделяя своим благословением всю область Тибета и Гималаев. В результате учение Будды проникло в саму структуру жизни тибетцев, и именно состраданию Падмасамбхавы, его благословению и его всеохватывающему видению тибетский буддизм обязан своим особым динамизмом и очарованием, своей жизнеспособностью и успехом. Учение Будды охватывает каждую грань повседневной жизни и культуры тибетцев, почти так же, как воздух, которым они дышат. В этом заключается сила тибетского буддизма и причина того, что Тибет известен как духовная страна.

Падмасамбхава основал первый монашеский университет Самье, куда многие индийские пандиты, такие как Вималамитра, пришли вместе с индийскими переводчиками для того, чтобы переводить буддадхарму, и первые семь тибетцев были приняты в монахи. В Чхимпху он открыл мандалу учений Мантраяны двадцати пяти сиддхам Тибета (тиб. je bang nyer lnga), среди которых были царь Трисон Дэцен, Йеше Цогьял и Вайрочана. Для миллионов практиков в последующие века Падмасамбхава продолжал оставаться источником их реализации и вдохновения, которое вдыхает жизнь в сердце их практики.

История жизни Падмасамбхавы – необычайна, но он никоим образом не ограничен своей исторической личностью; в действительности он неподвластен истории или хронологии. Несколько пророчеств, включая пророчество, сделанное самим Буддой, когда он уходил в паринирвану (вероятно, пятый век до нашей эры), предсказали, что Падмасамбхава родится через восемь или двенадцать лет после ухода Будды для того, чтобы распостранить учение Мантраяны. Однако Падмасамбхава всё ещё находился в Тибете в восьмом веке нашей эры.

Падмасамбхава является воплощением Дзогпаченпо в образе человека, вдохновением и духом Дзогчена, вселенским принципом и воплощением всех мастеров. В тибетской традиции он явлется пробуждённым принципом, чья могущественная энергия призывается в качестве источника защиты среди смятения и суматохи этой эпохи. Практика и мантра Падмасамбхавы высоко ценятся как особенно действенные средства для создания мира и гармонии в современном мире.

Как говорит Дилго Кхьенце Ринпоче, величайший из живущих мастеров Дзогчена:

«Существовало много невероятных и несравненных мастеров из благородной страны Индия и из Тибета, Страны Снегов, однако единственный из всех них, кто обладает величайшим состраданием и дарует благословение существам в эту трудную эпоху, это – Падмасамбхава, который воплощает сострадание и мудрость всех будд. Одним из его качеств является то, что он обладает силой мгновенно даровать своё благословение любому, кто ему молится, и что бы мы ни просили, у него есть сила немедленно исполнить наше желание».

Кхьенце Ринпоче продолжает:

«В эту тёмную эпоху, «осадок времени», где существа охвачены постоянным страданием от трёх ядов неведения, гнева и привязанности, где пять дурных страстей – более беспокойны, чем когда-либо прежде, и где возникает ужасное страдание от болезней, бедности, голода, жажды и угрозы войны, благословения Гуру Ринпоче должны действовать даже быстрее. Он сам принял обет, что в такую эпоху, когда бы человек ни молился ему, он немедленно отзовётся, ниспослав свои благословения. И это были не просто сладкие слова для того, чтобы доставить удовольствие, но истинные, безошибочные слова Гуру Ринпоче».


Из книги Согьял Ринпоче. "Дзогчен и Падмасамбхава" (Sogyal Rinpoche "Dzogchen and Padmasambhava").

Перевод с английского: Игорь Калиберда


Другие главы из книги Согьял Ринпоче. "Дзогчен и Падмасамбхава":

Видение, созерцание и деятельность Дзогчена

Согьял Ринпоче. Сердце практики Дзогчена

Согьял Ринпоче. Дух Дзогчена

Согьял Ринпоче. Путь 

Согьял Ринпоче. Рождённый из лотоса Гуру

Согьял Ринпоче. Принцип гуру

Согьял Ринпоче. Девять ян

Согьял Ринпоче. Старая передача школы Нинма

Другие похожие публикации:

Согьял Ринпоче. В потоке ума

Согьял Ринпоче. Передача Дзогчен

Согьял Ринпоче. Дух Дзогчена

Нёшул Кхэн Ринпоче, Джамьян Дордже. Жизнь Тэртона Согьяла

 

Комментариев нет:

Отправить комментарий