Намкхай Норбу Ринпоче. Истинный смысл объединения в учении Дзогчен

“В учении Дзогчен, если вы находитесь в любом месте и в это время вы находитесь в состоянии ригпа, тогда оно является вашим местом, вашим священным местом. Обычно люди хотят идти в священное место, такое как храм, для того, чтобы выполнять практику. Но когда вы пребываете в мгновенном присутствии, тогда любое место, где вы находитесь, становится священным местом, вашим храмом”.

В учении Дзогчен мы широко используем термин “объединение”, но его истинный смысл заключается в том, что прежде всего практикующий Дзогчен должен пребывать в состоянии Дзогчен, которое означает его подлинное состояние. Для того, чтобы пребывать в подлинном состоянии, вы должны обнаружить его, и тогда вы обретёте его знание. Если вы обладаете опытом или знанием состояния, которое в учении Дзогчен мы называем состоянием ригпа или состоянием созерцания, тогда у вас есть возможность объединить ваше созерцание с обстоятельствами вашего обычного состояния или ваше обычное состояние объединить с состоянием созерцания.

Конечно, когда мы рассуждаем, используя свой разум, объединение всех наших обстоятельств или обычной жизни с состоянием созерцания или объединение нашей способности созерцания с относительным состоянием кажутся двумя разными аспектами. Но когда вы пребываете в своей истинной природе или состоянии, тогда не существует никакой разницы между ними.

Намкха артэд

Как вы можете научиться объединяться с этим знанием? В учении Дзогчен существует очень известная практика, которая называется намкха артэд (nam-mkha' ar-gtad). Намкха означает пространство. Артэд означает, что вы пристально смотрите в пространство и в то же самое время вы являетесь этим пустым пространством. В вашем состоянии у вас есть пустота или внутреннее пространство. Во то же время у вас есть внешнее пространство вне вас. Поэтому, когда вы пристально смотрите в пустое пространство в небе, это означает, что вы смотрите во внешнее пространство. Ваше присутствие пребывает в пустом пространстве, это означает, что вы также пребываете в своём внутреннем пространстве. Не существует никакой разницы между внутренним и внешним пространством, если вы пребываете в состоянии ригпа, и вы можете получить этот опыт, когда вы выполняете практику намкха артэд.

Ясность

Вы следуете тому же принципу, когда вы пребываете в состоянии созерцания. Например, вы открываете свои глаза и можете видеть объекты. Они могут обладать приятными или неприятными цветом и формой. Это – неважно. В любом случае вы можете видеть объекты ясно и вы замечаете их цвет или форму. До того, как вы начнёте заниматься суждениями, всё, что вы видите, является частью вашей ясности. Но даже когда ваш ум воспринимает эту информацию, если вы осознаёте, что пребываете в состоянии мгновенного присутствия, вы не отвлекаетесь на неё. В это время могут возникать какие-то мысли. Мысли могут продолжаться, но вы не отвлекаетесь на них. Вы осознаёте. Также в этом случае, то, что вы видите, продолжает быть частью вашей ясности.

Отвлечение

Конечно, если вы отвлечены мыслями и ваше мгновенное присутствие не продолжается, то вы не можете сказать, что – это является вашей ясностью, поскольку вы игнорируете истинную природу ясности по причине вашего отвлечения и ваших представлений, поскольку в это время вы выносите суждения о том, является ли нечто хорошим или плохим. Если у вас есть представление о том, что нечто является хорошим, тогда у вас также есть мысль о его принятии. Если у вас есть представление о том, что нечто является плохим, тогда у вас есть мысль о его отвержении. По-тибетски они называются чаг (chags) и дан (sdang). Чаг означает привязанность, а дан означает гнев.

Во всех наших контактах чувств с объектами у нас есть это качество мгновенной ясности и если у нас есть в это время наше мгновенное присутствие и его продолжение, все восприятия чувств становятся частью нашей ясности.

Но обычно мы отвлекаемся на них и тогда более не существует действия ясности. Таким образом, когда мы говорим, что мы пребываем в состоянии объединения, это означает, что мы непрерывно пребываем в состоянии мгновенного присутствия. Если мы пребываем в мгновенном присутствии, тогда не существует более никакого суждения или представления о субъекте и объекте и не существует обычной привязанности и обычного гнева. Следовательно, это означает, что нечего принимать или отвергать. Конечно, если у вас нет представления о принятии или отвержении, то у вас нет возможности создавать дурную карму. Итак, в этом заключается истинный смысл объединения.

Самоосвобождение

Вы можете открыть, что в действительности означает объединение, только тогда, когда вы пребываете в состоянии созерцания или ригпа. Например, если вы слыщите звук, он может вам понравиться или испугать вас. Когда вы отвлекаетесь на звук, то, если он – приятный, вы развиваете привязанность к нему, тогда как, если он – пугающий, то вы отвергаете его. Таким образом вы создаёте карму и совершаете действия. Если вы чувствуете, что звук – пугающий и что он не нравится вам, у вас есть это представление, тогда также у вас есть напряжения, которые вы накапливаете день за днём. Например, если сегодня вы слышите пугающий звук, вы воспримете его намного более пугающим завтра, поскольку вы становитесь напряжённым и развиваете ваше напряжение. Напряжения постоянно развиваются. В конце концов, если вы не сможете устранить этот звук, то начнёте бороться с ним. Таким образом напряжение становится даже сильнее.

Но если вы объединяетесь со звуком, будь он приятным или неприятным, неважно, это означает, что вы пребываете в этой ясности, в истинной природе звука. Звук не является чем-то вне вас, что вызывает у вас чувство страха, а вы не находитесь где-то в другом месте, воспринимая плохой звук. Но если вы являетесь звуком, вы присутствуете в звуке, не существует никакого вопроса о том, чтобы думать или чувствовать, что он – хорош или плох. В природе звука не существует никакого хорошего или плохого аспекта. Звук является только звуком. Поэтому, когда вы пребываете в состоянии созерцания и в то же самое время вы являетесь звуком, и вы пребываете в объединении, у вас не может быть никакого напряжения. Вы самопроизвольно освобождаете эту трудность. В этом заключается принцип самоосвобождения. Вы не превращаете звук во что-то ещё. Например, вы не превращаете плохой звук в хороший, чтобы затем наслаждаеться им. Но вы являетесь этим звуком, и это очень отличается. Итак, в этом состоит принцип объединения.

Двойственность

У нас есть пять чувств и, если мы включим наш ум, чувств становится шесть. Таким же образом, у нас есть шесть органов чувств и объектов чувств. Когда у нас есть контакт чувств с объектами, мы не остаёмся в двойственном состоянии, но пребываем в мгновенном присутствии без представлений о субъекте и объекте, в подлинном состоянии. В этом заключается истинный смысл объединения. Вам нечего больше обнаруживать. В учении Дзогчен мы говорим, что “когда вы обнаруживаете одно, тогда вы обнаруживаете всё”. Это означает, что когда вы обнаруживаете это мгновенное присутствие или состояние ригпа или созерцания, вы обнаруживаете всю вселенную, все представления о субъекте и объекте объединёнными. Если у вас есть этот опыт, этот принцип, то существует много возможностей. Мы – человеческие существа, живущие в относительном состоянии. Это означает, что все человеческие существа обладают человеческим кармическим видением, которое создано коллективной кармой.

Мы обладаем этой коллективной кармой, поскольку мы обладаем одними и теми же эмоциями и посредством этих эмоций мы создаём одинаковую карму. Из-за этой разновидности кармы мы имеем следствия одинакового кармического видения, которое является человеческим состоянием. В нашем человеческом видении и человеческом измерении, мы считаем вещи очень реальными, конкретными и важными. Мы считаем так, поскольку мы являемся людьми и это является состоянием человеческих существ и их обстоятельств, – всё является реальным и конкретным. Таким образом, это означает, что мы живём в двойственном видении с субъектом и объектом.

Относительное состояние

Конечно, не так легко для практикующего немедленно и непрерывно пребывать в состоянии созерцания с самого начала. В относительном состоянии у нас есть материальное тело, а также ограничения нашей энергии и ума. Для того, чтобы поддерживать наше материальное тело, мы нуждаемся в материальных элементах: когда мы голодны, нам нужна пища, а когда мы чувствуем жажду, нам нужно пить. Все эти вещи являются очень конкретными в кармическом видении человеческого существа. Но если мы обладаем знанием объединения, тогда существует способ расслабиться, не развивая напряжения, и благодаря этому существует возможность объединить всё в практике, в этом знании.

Если вы слишком долго будете пестовать свои идеи о субъекте и объекте, хорошем и плохом, развивая своё  представление о том, что существует нечто, что можно принимать или отвергать, тогда, конечно, напряжения будут развиваться день за днём и не будет никакой возможности для пребывания в состоянии объединения. Если вы обладаете знанием объединения, тогда существует нечто для изучения, для развития этой способности. Поэтому одним из важнейших принципов учения является наше подлинное знание. Оно не является принципом, который относится к чему-то внешнему.

Привязанность

Когда великий учитель Тилопа дал совет своему ученику, махасиддхе Наропе, он сказал ему: “Трудностью являются не нечистые видения, а наша привязанность (к ним)”. Это – пример.

Если у вас есть привязанность, тогда у вас есть представление о субъекте и объекте, хорошем и плохом, чистом и нечистом, и обладая этим представлением, вы действуете, принимая и отвергая. Если вы знаете, что трудность находится внутри вас самих, заключается в вашей привязанности, тогда это означает, что трудность не является внешней, и если вы знаете, что трудность заключается в вашей привязанности, тогда вы памятуете о том, что привязанность является следствием вашего суждения. Суждения возникают вследствие контакта наших чувств с объектами.

Возьмите, например, наш ум. Объектом нашего ума являются все дхармы, все явления. Поэтому мы думаем, мы судим, мы считаем что-то хорошим или плохим. Если мы считаем, что нечто является хорошим, мы немедленно думаем о том, почему оно является хорошим, и мы стараемся обосновать это.

Когда мы обосновали это, мы считаем это логичным, чем-то реальным. Таким образом мы отвлекаемся, создаём привязанность или гнев, и мы непрерывно идём, продвигаясь посредством привязанности и гнева, как если бы они были двумя ногами. Таким образом мы идём вперёд в бесконечной сансаре. Если мы обнаруживаем, что этот принцип связан с нашим отвлечением, если мы не отвлекаемся и присутствуем в нашем истинном знании, нашем подлинном состоянии, тогда мы пребываем в состоянии объединения и тогда нет ничего неправильного. В учении Дзогчен это называется принципом Самантабхадры, Кунтузанпо (Kun-tu bzang-po). Кунту означает “все”, “всегда”, занпо означает “благой”.

Всё является благим и не существует ничего, что не имеет ценности и что вы должны отвергнуть. Конечно, если вам нечего отвергать, то вам нечего и принимать. Всё является благим. Вы можете понять, что всё является благим, когда вы действительно попадаете в состояние объединения.

По-тибетски мы говорим йинг риг йермед (dbying rig dbyer med). Йинг означает дхармадхату. Дхату означает подлинное состояние всех явлений, которое является пустотой.

В учении Дзогчен мы говорим кадаг (ka-dag). Кадаг означает изначально чистый, чистое измерение пустоты. Риг означает мгновенное присутствие, ригпа. Если вы пребываете только в пустоте, она – только часть  вашего опыта, но она не является состоянием ригпа. Пребывание в состоянии мгновенного присутствия в пустоте – это состояние ригпа. Но тогда вы обнаруживаете, что когда вы находитесь в состоянии мгновенного присутствия, оно является недвойственным. Вы не можете отличить или отделить пустоту от мгновенного присутствия. Это называется йермед, недвойственное. Йинг риг йермед, недвойственное, состояние йинг и ригпа. Когда мы обладаем этим знанием и пребываем в нём, тогда мы говорим йинг риг дре (dbying rig dres). Дре – это глагол, означающий “объединять”. В данном случае это означает, что измерение пустоты объединяется с состоянием ригпа. Или же состояние ригпа объединяется с пустотой. Поэтому оно является недвойственным.

Как оно есть

Таким же образом мы можем объединиться с нашим поведением, с нашим относительным состоянием, со всем.

В учении Дзогчен, если вы находитесь в любом месте и в это время вы находитесь в состоянии ригпа, тогда оно является вашим местом, вашим священным местом. Обычно люди хотят идти в священное место, такое как храм, для того, чтобы выполнять практику. Но когда вы пребываете в мгновенном присутствии, тогда любое место, где вы находитесь, становится священным местом, вашим храмом.

В упадеше Дзогчена объясняется слово чогшаг (cog-bzhag). Чогшаг  означает пребывание в состоянии, как оно есть. Это означает, что если вы лежите на вашей кровати и вы пребываете в мгновенном присутствии, в состоянии ригпа, это – прекрасно. Если вы находитесь в храме, обладающем чудесной атмосферой, сидя в правильной позе, в состоянии ригпа, то это – также прекрасно. Или, возможно, вы ведёте автомобиль в сумятице города, но в это время вы пребываете в состоянии созерцания, тогда это – прекрасно. Не существует большой разницы  между вождением автомобиля, лежанием на кровати или нахождением в храме. Всё это – кунтузанпо.

Поэтому нет необходимости отвергать что-либо, как, например, место, в котором вы находитесь, и стараться попасть в более интересное место, или отвергать мысли о своей мирской ситуации и искать убежище в красивом спокойном месте или монастыре. Принцип состоит не в этом. Принцип заключается в пребывании в собственном знании и в наличии способности объединять.

Придание ценности

Есть высказывание Миларепы: “Все движения, такие как ходьба и выполнение дел, являются янтра-йогой”. Если практикующий, йогин, пребывает в принципе йоги, или знании, или понимании, это означает, что он может объединить всё со своим обычным состоянием. Конечно, иногда мы нуждаемся в спокойном месте на короткое время, например, на неделю или месяц, или даже на три месяца, для того, чтобы выполнять практики, такие как рушен (ru-shan), шинэ (zhi-gnas), семдзин (sems-'dzin) или зерна (gzer-lnga). Все они являются очень важными практиками для получения опыта различия между умом и природой ума посредством наших эмоций и понимания. А также для того, чтобы получить опыт состояния ригпа. Они являются важными, когда вы начинаете практику Дзогчен так, чтобы вы могли постичь истинную природу ума. Или же, если кто-то уже получил их опыт, тогда они могут начать осуществлять их. Но это не означает, что принцип практики состоит только в том, чтобы найти убежище где-либо и убежать от обычного мира. Принцип заключается в том, чтобы научиться объединяться и придавать ценность всему, что связано с нашим обычным состоянием.

Повседневная жизнь

Поэтому, если вы являетесь действительно хорошим практиком Дзогчена, нет необходимости в том, чтобы вы показывали, что вы что-то отвергаете, принимаете или изменяете. В наши дни есть много людей, проявляющих такое отношение. Они стараются что-то показать. Но принцип учения заключается не в том, что вы показываете что-то, не в демонстрации выставки, но в самопроизвольном проявлении вашего постижения в вашем поведении, вашей повседневной жизни. Например, если вы хороший практик, то вы самопроизвольно проявляете то, что у вас меньше напряжений, поскольку вы обладаете способностью объединяться. Если у вас есть какие-то трудности, вы не считаете, что они действительно серьёзные, поскольку у вас нет представления о том, что они являются чем-то очень важным. Всегда существует возможность объединиться. В тантре упадеши есть высказывание: “Огонь не может сжечь огонь, а элемент воздуха не может разрушить себя”. Это означает, что если вы пребываете в вашей истинной природе, не существует никаких трудностей. Когда вы пребываете в этом объединении, тогда это называется достижением. Поэтому вы должны понимать, каков истинный смысл объединения, таким образом.

Принцип объединения

У многих людей есть представление, что объединение означает смешивание чего-то. Некоторые люди хотят объединить различные методы и тогда они делают что-то вроде смеси. Кто-то спросил меня, можем ли мы объединять некоторые методы учений, которые не являются Дзогченом, с учением Дзогчен. Я всегда говорю, что если вы знаете, каков истинный смысл объединения, вы можете объединять всё, не только некоторые методы, буддийские или другие. Это – неважно. Но вы можете объединять всё в относительном состоянии, всю вселенную. Нет никакого ограничения. Но если вы не понимаете, что означает объединение, тогда вы только создаёте путаницу, складывая две разные вещи вместе и делая смесь или изменяя их, и считаете это объединением. Истинный смысл объединения заключается не в этом. Это означает, что вы изменяете вещи или создаёте трудности. Например, если вы изучаете метод, он обладает своим прнципом, поэтому вы должны изучать и применять этот метод точным образом. Если вы изменяете, преобразуете или модифицируете этот метод, он не будет более обладать своим действием. Если вы применяете какой-либо тантрический метод, у вашей визуализации должны быть правильные форма и цвет. Всё является неизменным символом, поскольку так был первоначально передан метод, и вы никогда не можете изменить даже малейшей его детали. Если вы что-то в нём изменяете, это не означает, что вы объединяете.

Некоторые люди говорят, что они – западные люди и что они используют пять ангелов вместо пяти дхьяни-будд. Они считают, что они объединяют, поскольку это – западное знание или культура. Но это – не так. Они изменяют тантрический метод, а если вы изменяете его, тогда не существует никакой передачи. Эти люди только изобретают интеллектуально. Это – не учение. Учение с самого начала всегда имело свою передачу, которую следует продолжать в чистоте. Объединение означает пребывание в этом истинном смысле. В таком случае, если вы желаете использовать пять ангелов, вы можете использовать пять ангелов, но в христианской практике. Это не означает, что вы не можете использовать христианскую практику в Дзогчен. Нет никаких ограничений. Но тогда вы должны использовать эти символы так, как они преподаны в христианской традиции, без изменения или преобразования. Это является объединением. Вы можете объединять всё, но правильным образом, с самого начала сохраняя принцип знания и объединения.

Ригпа

Если вы понимаете объединение таким образом, тогда оно имеет смысл, а также вы можете что-то делать с истинным смыслом этого слова и можете понять, что объединение является состоянием созерцания. Когда мы пребываем в состоянии созерцания в Дзогчен, мы говорим, что пребываем в состоянии всецелого объединения или в полностью расслабленном состоянии. Это означает, что когда вы пребываете в состоянии ригпа, оно представляет собой всецелое объединение. Если отсутствует всецелое объединение в этом состоянии, даже если вы используете слово “объединение”, вы не можете понимать, что оно означает. Таким же образом, даже если вы считаете, что вы расслаблены, если вы не обнаруживаете и не находите себя в своей истинной природе, даже если вы используете это слово, вы не пребываете в состоянии полного расслабления.


Это учение было транскрибировано с личной записи, сделанной Намкхай Норбу Ринпоче для публикации в “The Mirror” во время его поездки в Россию летом 1992 года. Опубликовано: “The Mirror”, №16, 1992.

Перевод с английского: Игорь Калиберда.

Намкхай Норбу Ринпоче. Устная, символическая и прямая передачи в Дзогчене.

В учении Дзогчен главным является ознакомление; посредством этого ознакомления мы входим в это знание, это понимание. Ознакомление не означает проведение исследования того, что такое учение. В ознакомлении нет ничего, что необходимо делать снаружи, но мы постигаем свою природу. Чтобы ознакомить с сущностью, передают, используя наши тело, речь и ум.

В традиции учений Дзогчен, когда идёт речь об ознакомлении, передаче, то говорят о символической передаче. Символ является больше связанным с нашим материальным уровнем. Нас приводят к пониманию того, на что похоже наше истинное состояние, природа ума. Говорят, что природа ума подобна кристаллу. Это означает, что она ясна, прозрачна и, кроме того, обладает потенциальностью что-то проявлять. Это – символ. И посредством примера зеркала нас приводят к пониманию того, что такое самоосвобождение. Или же говорят об отношении между умом, относительным уровнем, и природой ума. Это нелегко объяснить на словах, поэтому стараются привести к пониманию этого, используя пример зеркала. Когда мы смотрим в зеркало, появляются отражения. И почему в нём есть отражения? Потому что зеркало обладает такой потенциальностью. Какая существует связь между потенциальностью зеркала и отражениями? Нет необходимости долго объяснять, используя слова, вы можете понять. Многие символы могут ознакомить или привести к пониманию даже лучше, даже яснее, чем объяснения. Вот почему говорят о символической передаче.

И часть тантрических посвящений совершается посредством символической передачи. В Тантре показывают мандалы, образы проявлений, и т. д., чтобы привести вас к пониманию. Когда вы получаете посвящение, учитель показывает вам маленькую танку пяти дхьяни-будд, которую называют “цокли”. И когда учитель знакомит ваш ум с пятью дхьяни-буддами и показывает вам эти формы, эти проявления, вы чувствуете, что получаете нечто вроде передачи силы, благословения. Но в то же время учитель объясняет, что пять дхьяни-будд представляют природу ваших пяти совокупностей. И по причине этой тождественности показывает пять дхьяни-будд, чтобы дать вам понять, что, когда вы достигаете реализации, вы обретаете возможность проявиться таким образом. Это – также символическая передача.

В учениях Дзогчен символическая передача важна, потому что она связана с нашим материальным миром. Существуют чрезвычайно многочисленные особые ознакомления, которые выполняются с помощью символов. Также, как я уже объяснял этим утром, используют кристалл и перо павлина для того, чтобы ознакомить с кадаг и лхундруб.

У нас есть другая разновидность передачи, которую называют устной передачей. В этом случае учитель объясняет, что такое Дзогчен, что такое наше переживание, каким образом мы можем получить передачу, и т. д. Посредством устной передачи мы можем составить себе представление или обрести возможность прямой передачи.

Прямая передача не означает, что мы идём встретиться с просветлённым существом, ограничиваемся этим и что-то получаем. Есть два человека: учитель и ученик. Оба должны быть готовы, тогда существует возможность прямой передачи. Можно привести в пример телевидение. На телевидении есть много каналов. Если на канале есть программа и мы хотим её принять, необходимо находиться на этом канале. Таким же образом, необходимо быть готовым получить, необходимо знать как получить, и тогда это станет возможным.

Также (прямая) передача очень зависит от устной передачи. Используя устную передачу, мы всегда объясняем. И она связана с нашим аспектом существования речи, нашей энергией. Посредством этого можно получить прямую передачу, которая относится к уровню ума. Таковы три способа передачи, связанные с тремя аспектами нашего существования.

Если вы изучали историю учений, учений Дзогчен или тантрических учений, в особенности историю Ануйоги,  непостепенного тантрического пути, о котором я говорил вчера, существуют многочисленные объяснения способа, посредством которого они передавались: от дхармакайи к самбхогакайе, и от самбхогакайи к нирманакайе. Например, когда речь идёт об учении Дзогчен, то говорят, что Самантабхадра передал его Ваджрасаттве. Это – прямая передача, без слов, без действия.

Затем Ваджрасаттва из самбхогакайи передал его Гараб Дордже: это означает, что Ваджрасаттва является проявлением самбхогакайи, то есть, проявлением природы элементов, главным образом в виде света. Это – чистое измерение. В общем, обычные люди не могут ни получать эту разновидность передачи, ни видеть её. Тогда как Гараб Дордже находился на уровне нирманакайи, то есть, воплощённого человеческого существа. Здесь передача происходила по преимуществу как символическая передача.

Затем следует устная передача от Гараб Дордже к его ученикам. Это означает, что Гараб Дордже наставлял своих учеников устно, Манджушримитру и другим. Затем его ученики писали. Именно так появились многочисленные книги по по учению Дзогчен. Вот что такое устная передача. Такова история.

В учении Дзогчен, когда выполняют ознакомление, передачу, ещё и в наши дни, учитель передаёт три передачи одновременно. Это – не только история, прошлое. И когда применяют эту передачу для того, чтобы достичь реализации, применяют три передачи одновременно. Это – важно понимать. Когда мы говорим о первом завете Гараб Дордже, прямом ознакомлении, оно также является методом, который позволяет обнаружить нашу способность.


Из учений, данных в Марсеволе (Франция) в 11-16 мая 1989 года.

Перевод с французского: Игорь Калиберда.

Миларепа. Песня “Совершенное выражение Срединного Пути”.

(*)

В целом, у живых существ трёх миров сансары
Есть разные виды просветления, которые они отстаивают.
Есть двойственные воззрения, цепляющиеся за самость, и
Есть различные способы поведения, соответствующие им.
Действительно, очень многое основано на воззрении самости. (1)

В соответствии с вашим типом ума,
Вас, обладающих меньшими умственными способностями, всеведущий Будда
Учил, что «всё существует». (2)

С точки зрения истины высшего явления (парамартха сатья) (3),
Не существует даже самих будд, не говоря уже о препятствиях,
Не существует ни медитирующих, ни медитаций,
Ни проходимых уровней, ни знаков на пути (4),
Ни кай (kaya) (5), ни мудростей плода.
Поэтому не существует нирваны.
Это – просто обозначения посредством имён и слов.
Три мира одушевлённого и неодушевлённого (6)
Изначально несозданы, они не рождены.
Не существует ни основы, ни совозникшего рождения (7),
Не существует ни кармы, ни созревания кармы.
Поэтому также не существует даже имени сансары.
Таким образом изложена суть окончательного.

Удивительно! Если живые существа не существуют,
Откуда появятся будды трёх времён?
Без причины плод невозможен,
Поэтому с точки зрения истины вымысла (самврити сатья)
Способный (8) учил:
“Всё, сансара и нирвана, существует”.
Существование, предстающее как явления, и
Несуществование, их внутренняя реальность пустоты,
Неразделимы в сущности и обладают одним вкусом, поэтому
Самопознание и познание другого не существуют и
Всё является обширным и открытым единством.

Знатоки, так это постигающие,
Не видят сознание, они видят мудрость,
Не видят живых существ, они видят будд,
Не видят дхарминов (dharmin) (9), они видят реальность.
Энергия сострадания, появившаяся из этого, является
Тем же, чем являются благие качества будд, –
Силами, бесстрашиями, памятованиями и т. д.,
Возникающими подобно драгоценности (10).

Для меня, йогина, это является мерой моего постижения.
Вы, собравшиеся боги и демоны, услышали
Глубокую Дхарму, но это был просто мимолётный звук.
В царстве Абхира (11)
Умные хитростью берут верх над глупыми;
Лисы, бродящие по кладбищенским землям,
Пугаются и ужасаются львиного рыка. (12)
Если здесь есть несколько счастливцев,
Они освободятся, услышав это.
В целом, люди восхищались мной,
Радовались мне, были довольны мной!
Внезапная победа!

Так даровав учение посредством этой дохи (do ha) (13), он объяснил содержащиеся в ней смыслы. Говоря в общем, все учения 84000-ой совокупности Дхармы, данные учителем-Буддой, всегда давались в форме различных колесниц для того, чтобы учение соответствовало типу ума усмиряемых личностей. Однако, не существует ничего другого, кроме одного места, к которому ведёт окончательный путь (14). Это единственное место назначения является неизмышленной дхарматой (dharmata) (15). Понимание того, на что она похожа, не приведёт к освобождению; она должна проявиться благодаря упражнению на пути. И этот путь является единством пустоты и сострадания. Есть невообразимое множество способов пройти путь, и всё же, если свести их к сущности, они объединяют средства и мудрость (праджня) или приводят две истины к нераздельности. Поэтому, пожалуйста, практикуйте это.


Примечания

1. Эти пять строк покрывают воззрения мирских существ. Несмотря на то, что существует множество видов верований в различных видах религиозных систем и способов поведения, соответствующих им, их воззрения можно свести к верованию в собственную природу явлений и существ.

2. Здесь Миларепа прямо говорит собравшимся духам, которые попросили учение. Им нравится думать, что они умны, но, в действительности, уровень их умственных способностей невысок. Они похожи на преступников мира людей, которые могут быть очень сообразительными при совершении преступления, но обладают только глупым бандитским пониманием. Эти три строки покрывают первый уровень учения Будды, на котором он утверждал, что явления существуют, хотя это не так. Это – учение, которое было дано для существ низшего уровня умственных способностей.

3. Истина высшего явления (superfactual truth, санскр. парамартха сатья, тиб. don dam bden pa). Истина вымысла (fictional truth, санскр. самврити сатья, тиб. kun rdzob bden pa). Термин “высшее явление” (superfact, санскр. парамартха, тиб. don dam) является парным с термином “вымысел” (fiction, санскр. самврити, тиб. kun rdzob). “Высшее явление” и “вымысел” – это наши значительно улучшенные переводы для терминов “абсолютное” и “относительное” соответственно. До сих пор эти два термина переводились как “относительное” (relative) и “абсолютное” (absolute), но эти переводы совсем не похожи на оригинальные термины. Слова “относительное” и “абсолютное” совершенно не выражают смысл этих терминов, и когда их используют, содержащийся в них смысл просто теряется. Поскольку эти термины крайне важны в буддийском учении, очень важно их правильно переводить. И более того, если истинный смысл этих терминов не представлен, невозможно понять учение, связанное с ними.

Санскритский термин “парамартха” буквально означает “высшее или святое явление” и относится к уму мудрости, которым обладают те, кто духовно развился до уровня превосхождения сансары. Эта мудрость выше обычного, неразвитого сознания человека, и явления, которые она воспринимает, высшие, если сравнивать их с явлениями, воспринимаемыми сознанием обычного человека. Поэтому, это – высшее явление или святое явление, более буквально. Воспринимаемое этой мудростью является истинным для существ, которые ей обладают, поэтому воспринимаемое мудростью является истиной высшего явления.

Санскритский термин “самврити” означает сознательную выдумку, вымысел, обман. Он относится к уму, обусловленному неведением, который, по причине своей омрачённости и, следовательно, невидения таковости, является не истинным, но вымышленным. Поэтому явления, воспринимаемые умом, пребывающим в неведении, являются вымышленными. Тем не менее, существа, живущие в этом неведении, верят, что явления, воспринимаемые ими через фильтр неведения, истинны, реальны. Поэтому эти существа живут в истине вымысла.

4. Это означает, что нет никаких знаков продвижения по пути, которым нужно следовать. Поскольку не существует медитирующих и медитаций, не существует также и никаких уровней, через которые нужно проходить, и никаких знаков прохождения пути, ведущего через эти уровни.

5. Кайя (санскр. kaya, тиб. sku): Санскритский термин означает функциональное или связное собрание частей, подобно французскому «corps» и вследствие этого приобретает смысл «тела». Он используется в текстах тибетского буддизма в особенности для того, чтобы различать тела, относящиеся к просветлённому состоянию, от сансарических тел.

Самое общее описание говорит, что просветлённое существо обладает тремя кайями: дхармакайей, самбхогакайей и нирманакайей. Вкратце, дхармакайя является телом истины, самбхогакайя — телом благих качеств просветления, и нирманакайя — телом, проявленным в мирах сансары и нирваны ради пользы существ.

6. Тиб. brtan g. yo. «Одушевлённое и неодушевлённое» - это шаблонная фраза, используемая для обозначения всей совокупности явлений сансары.

7. Три мира не обладают совозникшим рождением: обычно говорят, что неодушевлённое возникает первым в качестве опоры, а одушевлённое возникает после него. Но в истине высшего явления не существует времени, поэтому они не только не возникают одно после другого, но также не возникают и одновременно.

8. Способный (Capable One, санскр. muni, тиб. thub pa): Долгое время думали, что термин muni, как, например, в «Шакьямуни», означает «мудрый» из-за соответствующей статьи в превосходном санскритско-английском словаре Monier-Williams'а. В действительности, этот термин использовался многими индийскими религиями, начиная со времён древней Индии, для обозначения практикующего религию, «того, кто смог сделать это», того, кто продвинулся по духовному пути и поэтому смог предохранить трое своих врат от недобродетели и омрачений.

9. Дхармин (санскр. dharmin, тиб. chos can): «Дхармин»  - это дхарма, познаваемая двойственным сознанием. Любое существо, воспринимающее дхармины, по определению не воспринимает недвойственную реальность. Вообще говоря, «дхармин» - это представляемое (явление), следовательно по смыслу принадлежит миру сансары. Это — не только явление в общем, «дхарма», но явление, ставшее представлением из-за сансарического контекста. Падма Карпо определяет этот термин как «сознание, у которого есть объект», делая ударение на сансарическом сознании, познающем явление.

10. Здесь Миларепа говорит о том, что из видения мудрости, а не сознания, возникает сила великого сострадания, а затем, опираясь на способность этого великого сострадания, возникают все просветлённые качества будд. Но в таком случае, как же они возникают? Они возникают подобно драгоценности, которую вы носите, не зная о ней, и эту драгоценность обретают, просто обнаружив её.

11. Абхирати — это название восточной земли будды-нирманакайи.

12. Миларепа говорит: «Более умные среди вас, вредоносных духов, сообразительные как лисы, хитростью берут верх над более глупыми среди вас. Однако, подобно лисам, все вы убегаете и прячетесь, когда кто-то, подобный мне, издаёт львиный рык окончательного провозглашения воззрения третьего поворота колеса Дхармы.

13. Доха (санскр. доха, тиб. do ha): спонтанная духовная песня.

14. Существует множество различных способов учения о просветлении, но, в конечном счёте, не существует учения отличного от учения, соответствующего окончательному пути. Все другие учения являются только предварительными методами для приведения усмиряемых существ на этот окончательный путь. Главная просьба духов заключалась в объяснении этого положения, поэтому Миларепа повторяет и подытоживает его здесь.

15. Дхармата (санскр. dharmata, тиб. chos nyid): Это — общий термин, означающий способ того, как что-либо существует, и он может применяться ко всему. Смысл этого термина подобен смыслу «реальности», он всегда относится к подлинному состоянию реальности, тому, как явления действительно существуют. Например, дхармата воды — это влажность, а дхармата бардо становления является местом, где существа пребывают в сансарическом состоянии или состоянии становления, прежде чем войдут в бардо этой жизни. Этот термин часто используется в тибетском буддизме в смысле «дхарматы реальности», как в данном случае, но это является особым случаем употребления термина, имеющего намного более широкий смысл.

* Начало, где приводится описание обстоятельств, при которых была спета эта песня, и несколько строк окончания опущены. Это - перевод только самого учения.


Из книги: Duff Tony. “Theory and Practice of Other Emptiness Taught through Milarepa's Songs”, 2011, pp. 20-23.

Перевод с английского: Игорь Калиберда.

Миларепа. Песня "Окончательные Воззрение, Созерцание, Поведение и Плод".

Воззрение — мудрость  пустоты,
Созерцание — ясный свет без схватывания,
Поведение — непрерывность нецепляния,
Плод — обнажённая незапятнанность.

Воззрение, мудрость пустого,
Подвержено опасности соскальзывания в только изрекаемое воззрение:
Если уверенность относительно него не порождена,
Слова не приведут к освобождению от цепляния за самость.
Поэтому взращивай твёрдую уверенность!

Созерцание, ясный свет без схватывания,
Подвержено опасности соскальзывания в только пребывание:
Если мудрость не проявляется изнутри,
Устойчивое пребывание не приводит к освобождению.
При возбуждении и вялости мудрость не рождается,
Поэтому взращивай внимательность неотвлечения!

Поведение, непрерывность нецепляния,
Подвержено опасности соскальзывания в неуместное поведение:
Если воззрение и созерцание не проявляются как помощники,
Это известно как аскетизм, поведение восьми дхарм.
Поэтому взращивай нецепляние, неомрачение!

Плод, обнажённая незапятнанность,
Подвержен опасности облачения в одежды понятийных признаков:
Если заблуждение не уничтожается изнутри,
В пестовании умственных устремлений мало смысла.
Поэтому взращивай уничтожение заблуждения!

Когда (Миларепа) спел это, всё собрание породило уверенность, все они были очень довольны и полны радости.


Duff Tony. “Theory and Practice of Other Emptiness Taught through Milarepa's Songs”, 2011, pp. 61-62.

Перевод с английского: Игорь Калиберда.

Учение Птиц. Тибетское буддийское повествование о проповеди Учения птицам.

Введение.

Перевод с итальянского на французский: Джанни Дежюр.

Перевод с французского: Игорь Калиберда.


Сразу читать "Драгоценное Собрание Учения Птиц". Часть 1.


«Драгоценное собрание учения птиц» - таков буквальный перевод тибетского колофона (1). Это — краткое произведение в стихах, автор которого остался неизвестным. В нём рассказывается о мудрой кукушке, которая является никем иным, как бодхисаттвой Авалокитешварой (2), передающим учение Будды пернатым. Вокруг него собираются птицы Индии и Тибета, и, выслушав его, все они излагают в своих песнях, каждая на свой манер, то, что они поняли.

Внимательное и нежное отношение к природе, проявившееся в том изяществе, с которым описаны различные птицы, в их речах, характерах и поведении, свежесть и непосредственность, с которыми принадлежащие народной тибетской мудрости буддийские учения и понятия выражены в песне кукушки и её учеников, очаровывают даже читателя самого далёкого в силу своего образования от образа мыслей Востока и делают этот небольшой текст жемчужиной буддийской литературы.

Поскольку автор совершенно нам неизвестен, мы совсем немного можем сказать о периоде времени, в котором было создано произведение. Эдвард Конзе в предисловии к своему английскому переводу высказывает гипотезу о том, что текст мог быть написан в 17-м или 18-м веке, но, принимая во внимание характерные черты языка и особенности стиля, датировка, даже приблизительная, остаётся рискованным делом.

Литературное направление, к которому принадлежит «Учение птиц», имело назидательную цель и адресовалось простому народу Тибета, не особенно просвещённому и мало искушённому в философских спекуляциях и тонкостях доктрин.

Принятый здесь стиль и язык выражают стремление захватить внимание и воображение читателя или слушателя и в то же время дать повод для размышления, просто и непосредственно передавая истины буддизма. Основополагающие принципы буддийского учения, начиная с правил нравственного поведения и заканчивая наставлениями о природе ума, выражены здесь с живостью и непринуждённостью. Ритм стихов, предназначенных для пения, отмечен кликами птиц, которые большей частью переведены и записаны по-тибетски для того, чтобы наделить их точным смыслом, что добавляет, помимо прочего, развлечение для читателя.

В рамках буддийской литературы этот жанр может быть связан с джатаками, в которых рассказываются истории предшествующих жизней Будды, в том числе и жизней, в которых он рождался животным. Повествование произведения, как это уже показал Эдвард Конзе, вызывает в уме мысль о непосредственной параллели с персидской поэмой 12-го века «Мантик ат-Тайр» («Совещание Птиц»), написанной поэтом-суфием Фарид-уд-дин Аттар'ом, которая описывает путешествие группы птиц под предводительством удода в поисках высшей реальности. Можно также соотнести этот текст с историями животных, содержащимися в «Панчатантре», древнем индийском тексте, посредством басен обучающем мудрому поведению в жизни, и со многими другихми произведениями мировой литературы. Нам кажется неизбежным, например, сравнение с «Фьоретти» («Цветочки») святого Франциска, того святого, о котором Томмазо Кампанелла написал: «Tu buon Francesco i pesci e anche gli uccelli frati appelli» («Ты, благой Франциск, рыб и птиц называешь братьями»). Без сомнения, среди христианских святых он наиболее близок к чувствам и духу буддизма, единственный, кто определённо может перебросить мост между двумя взглядами на природу, христианским и буддийским, столь различными в иных аспектах.

Хотя можно провести многочисленные параллели с другими восточными и западными произведениями, сколько-нибудь различимые более или менее прямые влияния, которые могли бы способствовать рождению «Учения Птиц», едва ли можно допустить. Таким образом, предпочтительнее обратиться к чертам, придающим этому произведению такой неповторимый характер, в определённом смысле отличающийся от других историй назидательного направления, в которых животные являются главными героями. Хотя история кукушки, которая учит птиц, без сомнения, — это  литературный приём, придуманный для того, чтобы сделать доступнее для большинства людей принципы буддийского учения, сама концепция махаянского буддизма, считающего, что все существа наделены природой будды, представлена таким образом, чтобы читатель или слушатель буддийского вероисповедания не воспринимал её только как фантазию, но так, чтобы ему казалось совершенно естественным, что сам Будда или любое другое просветлённое существо может являться в образе кукушки или любого другого животного с целью передачи Учения, имеющего своей целью освобождение от сансары, бесконечной круговерти бытия.

Такое мироощущение коренится глубоко в душе тибетского народа, и в наше время всё ещё часто можно услышать истории о ламах, разговаривающих с животными, или о птицах и других животных, которые учат себе подобных. Вот почему наш текст начинается со стихов сутры «Самантабхадра-чарья-пранидхана-раджа», в которой указывается, что вселенское послание Будды не ограничено только миром людей:

«На языках богов, нагов и якша (3),
На наречиях духов и на языках людей,
На языках всех существ,
На всех наречиях Учение было изложено».

Для верующего буддиста, все существа, блуждающие в бесконечной круговерти перерождений (сансара), по крайней мере, один раз были его родителями, все существа обладают природой будды, просветлены изначально, и, таким образом, способны узнать свою собственную истинную природу, освобождаясь от сети иллюзии, опутывающей их.

Это видение мира, предполагающее крайнее уважение ко всем формам жизни, без всякого сомнения, обладает глубокой актуальностью для общества подобного нашему, которое подвергается риску уничтожить природу и самоуничтожиться именно по причине отсутствия уважения к ценностям иным, чем эти, материальные, из-за экономической выгоды и «развития», оправданность которого никто не хочет поставить под сомнение.

Хотя, как мы сказали, текст иллюстрирует принципы учения, имеющего индийское происхождение, весь его дух, несомненно, тибетский, тибетским является и общество, и те маленькие обыденные сценки, возникающие в сознании во время его чтения.

Образ кукушки, учителя пернатых, является одним из наиболее характерных элементов этого произведения, неоспоримо связанный с корнями тибетской культуры. Эта птица не имеет никакой особенной связи с буддизмом, но она считается владычицей птиц у бонпо, последователей одной из религий добуддийского Тибета.

В одном из бонских священных текстов (4) говорится, что учитель Бона, Шенраб Миво (тиб. gshen rab mi bo) проявился в облике кукушки бирюзового цвета:

«Великий Шенраб, предводитель существ в стране божеств «Пронизанная радостью», пришёл в этот мир, страну людей, для того, чтобы учить. Явившись в облике бирюзовой кукушки, царя пернатого народа, высший учитель живых существ мысленно сошёл в ступе (5) света... Затем, когда добродетельная дама Саринцун отправилась к ступе для того, чтобы обойти вокруг неё в знак благоговения, он проник в её грудь, проявившись в виде тёмно-синего слога ОМ. Девять месяцев и десять дней спустя в «Саду прекрасных цветов» на «Острове ясного света» он родился вблизи зеленеющего дерева в восьмой день первого месяца весны, под созвездием Плеяд, в солнечный день, в первый час дня, когда приподнимается завеса ночи... Вот поэтому также кукушку называют царём птиц».

В народной тибетской традиции кукушка тесно связана с приходом весны и пробуждением природы. Услышать песню кукушки в пору более позднюю считалось нехорошим знаком у жителей восточного Тибета. Если они не слышали её песню в первые дни весны, то специально отправлялись в поля для того, чтобы услышать её.

В индийской поэзии кукушка также является символом весны, возрождения природы, пробуждения любовных страстей. В «Ртусамхаре» («Круг времён года») Калидаса, великий поэт, писавший на санскрите и живший приблизительно в 5-м веке, воспевает «весенний звонкий месяц сладких звуков пчёл и кукушек» и называет кукушку «певцом бога Любви». Мы также читаем в его стихах, посвящённых весне:

«Даже сердца застенчивых и сдержанных высокопоставленных дам смущаются призывом опьянённой кукушки, полным смутных интонаций...»

и ещё:

«Приводя в беспорядок цветущие ветви манго и распостраняя в воздухе песню кукушки, весенний ветер дышит нежно, уж более не рассыпая иней, и очаровывает сердца».

Эта власть над движениями человеческой души, которая признаётся за кукушкой, ассоциация с живительной силой весны и идеей пробуждения в широком смысле, связанная с ней, способствовала тому, что кукушку стали связывать с сакральным измерением, сделав её самим символом пробуждения человеческого духа к состоянию высшего знания. Не случайно один из основополагающих текстов учения Дзогчен, которое считается высочайшей вершиной буддийских учений буддистами старой школы и бонпо, озаглавлен rig pa'i khu byug («Кукушка знания»).

Ореол таинственности и магии, окружающий кукушку, присутствует в различных древних культурах Азии, почерпнувших в общей основе шаманизма множество своих идей и верований. Во многих регионах Италии кукушка также считается магическим существом, одарённым способностью к предсказаниям. Сардинские пастухи обращаются к ней для того, чтобы узнать, сколько лет им остаётся до женитьбы или смерти. После произнесения следующей кантилены они считают количество «куку», пропетых птицей:

«Cuccu cuccu cantadori
Bosu ghi seisi indobinatori
Y scieisi indobinai
Eccantannusu meis' a donai
Po mi morri? (o Po mi cojaj?)

Певец-кукушка,
ты, кто умеет угадывать
и являющаяся прорицательницей,
Сколько лет ты мне дашь
До моей смерти? (или До моей свадьбы?)

Первый перевод на западный язык этого короткого текста появился в 1953 году в «Cahier du Sud» под заголовком «Драгоценное гирлянда закона птиц» («La Precieuse guirlande de la loi des oiseau»), это — работа французского учёного Анриет Мейер (Henriette Meyer). Двумя годами позже Эдвард Конзе представил перевод на английский язык под названием «Закон Будды среди птиц» («The Buddha's Law among the Birds»). Для настоящего перевода я использовал издание, опубликованное Дамчо Санпо в Далузи, Индия, в 1978 г. Это издание воспроизводит собрание рукописей, принадлежащее Библиотеке тибетских Трудов и Архивов в Дхарамсале, в которых рассказываются истории о животных и птицах.

В некоторых отношениях это издание немного отличается от издания, использованного Анриет Мейер и Эдвардом Конзе, которое опубликовано в первый раз в Калькутте в 1904 году Сатис Чандра Видьябхушана. Хотя иногда мой перевод тибетского текста отличается от переводов предшествовавших мне переводчиков, я не захотел утяжелять его чтение филологическими обоснованиями и сравнениями, бесполезными и малоинтересными среднему читателю. В примечаниях я старался ограничиваться самым важным, объясняя в некоторых случаях положения буддийской доктрины или аспекты тибетской культуры, знание которых необходимо для понимания текста.

Частое использование выражений народного языка и намёков, предполагающих знание общественных условий, особого способа существования и особого культурного субстрата тибетского народа, свидетельствует о трудностях переводчика в столкновении с языком, достаточно трудным самим по себе.

Я выражаю свою самую глубокую благодарность моему учителю, профессору Намкхай Норбу Ринпоче, который помог мне прояснить многие неяcные моменты текста.

Энрико Дель-Анджело

Примечания к Введению.

1. bya chos rin chen 'phreng ba

2. См. прим. 9 к Части 1 и прим. 10 к Части 2 перевода «Учения Птиц».

3. См. прим. 1 и 2 к переводу «Учения Птиц», Часть 1.

4. rdzogs pa chen po zhang zhung snyan rgyud kyi brgyud pa'i bla ma'i rnam thar,
c. 61-62.

5. См. прим. 14 к переводу «Учения Птиц», Часть 2.


Читать "Драгоценное Собрание Учения Птиц". Часть 1.

Читать "Драгоценное Собрание Учения Птиц". Часть 2. Окончание.

Приложение. Принятый перевод тибетских наименований птиц.

Великий глухарь — gong mo.
Воробей — nas zan.
Ворон – pho rog.
Ворона — khva ta.
Галка кораллового цвета — skyung ka.
Голубь — phug ron.
Гриф — rgod po.
Гусь индийский, гусь дикий — ngang pa.
Жаворонок — lcog ga.
Журавль — krung krung.
Коршун — sking mo.
Кукушка — khu byug.
Неясыть (лесная сова) — 'ug pa.
Павлин — rma bya.
Перепел — sreg pa.
Петух — de pho.
Попугай — ne tso.
Сарыч — rgya khra nor pa.
Сова — srin bya.
Сойка — sdi sdi.
Тибетский дрозд — 'jol mo.
Трясогузка — ting ting.
Удод — pu shud.
Утка-казарка — ngur pa.
Цапля — skyar mo.

Не идентифицированы дэнмар (ldan dmar), гуру (gu ru).


Читать "Драгоценное Собрание Учения Птиц" Часть 1.

Читать "Драгоценное Собрание Учения Птиц". Часть 2. Окончание.

Намкхай Норбу Ринпоче. Разновидности мантр.

В общем, у нас есть разные виды мантр: Песнь Ваджра – одна из них. У нас есть мантры, которые считают более высо­кими, эхом высшего состояния, и мантры более обычные. Название одной из разновидностей мантр по-тибетски – ригнаг (rigs ngag). Риг (rigs) означает «семейство», например, семейство дхьяни-будд, наг (ngag) означает «мантра». Существует много людей, которые обретают «силу мантры». Они произносят эту мантру и передают её действие посредством звука. В свою очередь они передают этот звук другим людям, которые применяют эту передачу звука, начитывают мантру и произво­дят это действие, поэтому они называются «мантры семейств», потому что «семейства» означают различные виды действий.

Например, у нас всегда есть множество видов мантр для излечения разных видов болезней. При воздействии на нас отрицательной энергетической провокации, мы используем мантры. Кочевники в сельской местности используют мантры для того, чтобы полу­чать больше молока, и чтобы урожаи были изобильными. Это означает, что мантра является энер­гией. Энергия связана с элементами. Если мы знаем каким образом соединиться, связаться с энер­гией, мы можем изменить действие, которое она производит: мы можем повлиять каким-то образом. Например, некоторые люди специализируются на том, чтобы вызывать дождь, или напротив, когда идёт слишком сильный дождь, они могут остановить его.

Это кажется странным, что какое-то существо может влиять, изменять природу, но это не является странным, потому что всё свя­зано с энергией. Если мы можем входить в контакт, объединяться с энергией, всё – возможно. Например, в Тантре существует нечто вроде знака практики, достижения объединения: когда вы смотрите на предмет, то можете переместить его просто взглядом. Здесь существует связь с нашей собственной жизненной энергией. Таким образом в действительности это является не странным, но возможным.

Поэтому мантра – самое важное средство для того, чтобы овладеть энергией, стать её хозяином, привести её в порядок. Мы произносим мантру, используя своё дыхание, наше дыхание связано с нашей жизненной энергией, посредством своей энергии мы можем повлиять, привести в порядок cвои пять элементов. Наши пять элементов также обладают одним и тем же принципом, находятся в том же самом состоянии, что и энергия пяти элементов нашего измерения. Именно поэтому мы можем многое сделать посредством мантры.

Эту разновидность мантр обычно называют риг­наг, «мантра семейства». Эта категория не обязательно связана с учениями Будды Шакьямуни, существуют тысячи и тысячи мантр из Индии, других источников, они не обязательно на санск­рите, большая часть мантр бонпо – на языке Шан-Шуна, царства, расположенного на востоке Тибета. Также существуют сотни мантр, языка которых мы не знаем, и другие, смысл которых мы не понимаем. Например, я могу объяснить смысл мантры очищения, а вы можете его понять. Существует также много мантр, смысл которых мы не можем узнать, но в этой раз­новидности мантр важен не смысл, а звук. Сначала мы получаем передачу звука, мы воспроизво­дим этот звук в точном соответствии с передачей, и реализуем действие мантры, которое является главной целью мантры.

Также существуют мантры, которые называются суннаг (zung ngag). Сун (zung) означает то, что мы помним, или то, что мы можем найти в своей памяти. Тем или другим способом мы можем обрести эту возможность или способность. Способ, посредством которого мантра появляется или передаётся, также называется сун (zung). В частности, мы находим большое количество мантр этой разновидности в сутрах.

Также, (что касается мантр, содержащихся в) сутрах Махаяны, некоторые из них произнесены Буддой, некоторые – бодхисаттвами, а другие исходят из предметов. Напри­мер, когда Будда находился в каком-то месте и учил, он увидел большой чортен (тиб. mchod rten, санскр. stupa), на вершине которого сияла мантра и производила звук: проявление мудрости реализованного существа, свя­занное с элементами, объектами, полностью зависит от обстоятельств. В некоторых обстоятельст­вах мы нуждаемся в нём.

Если в некоторых местах, где происходят бедствия, которые не удаётся пре­одолеть, в этот момент проявляется мудрость Будды посредством звука или знаков, это – суннаг. Но это не означает, что только Будда Шакьямуни проявляется таким образом. Когда-то Будда Шакьямуни объяснил это. В какое-то время, в какой-то области, Будда дал мантру, источ­ник которой восходит ко многим прошедшим кальпам. Когда случалось бедствие, которого боя­лись люди, в это время возникал звук, появлялась мантра, и устраняла проблему. Иногда мантра появляется из звука барабана. Существует множество мантр этой разновидности, которые мы используем для различных целей, есть два или три тома, содержащих эти мантры. Вот такая разновидность мантр.

В Тантре существуют другие многочисленные мантры, такие как мантра Калачакры, его прояв­ление объединяется со звуком, этот звук называется «звук природы существования». Эта разно­видность мантры, звука, очень важна для объединения с проявлением. Когда мы преображаемся в божество, необходимо реализовать его, чтобы это стало конкретным. С этой целью мы используем мантру, мы начитываем её. Сначала мы преображаемся в Калачакру или Авалокитешвару и когда мы находимся в присутствии этого проявления, мы начитываем мантру: это означает придание силы нашему проявлению, его реализация. Мы объединяем свои переживания тела, речи и ума  с этим проявлением. Это – наиболее важные мантры в Тантре.


Из учений, данных в Марсеволе (Франция) в 11-16 мая 1989 года.

Перевод с французского: Игорь Калиберда.

Намкхай Норбу Ринпоче. Сохранение Учения и сотрудничество.

Как сохранить Учение? Это – очень важно. В западном мире говорят: «А, буддийские учения распостраняются повсюду, не то что прежде. Есть много тибетских лам, которые ездят и дают учения». Это кажется чудесным. Но если вы хорошо понаблюдаете ситуацию, не останавливаясь на первом впечатлении, она окажется слегка отличной.

Вы должны знать, почему тибетские ламы ушли из Тибета. Потому что нет никакой возможности жить в Тибете как прежде. Поэтому они ездят по всему миру и дают учения. Некоторые делают всё возможное, чтобы привести к понима­нию учений и т. д. ... Другие делают то, что могут, чтобы познакомить с тибетской культурой, чтобы она не исчезла полностью.

Существует вид муравьёв, которые в конце нескольких дней своей жизни могут летать. Тогда эти муравьи летают повсюду. Но когда они начинают летать, это – нехороший знак. Однако, это выглядит очень красиво, они разлетаются повсюду. То же самое происходит с тибетскими ламами.

В течение десяти лет у нас были чудесные учителя. Но год следует за годом, они исчезают и у нас остаётся намного больше молодых лам, получивших образование в Индии. Может быть, эти ламы – также чудесны. Но я не думаю, что это – одно и то же: ламы, получившие образо­вание, практиковавшие и изучавшие многие годы в Тибете, и молодые ламы, получившие образо­вание в Индии. С другой стороны, я не знаю, сможет ли это долгое время продолжаться таким образом.

Положение людей и духовных практик, тибетских учений, можно сравнить с кем-то, поражён­ным раком. Бесполезно объяснять это, я думаю, что вы очень хорошо знаете ситуацию. Перед лицом этой ситуации, мы должны по крайней мере спасти учения, ценные знания древней тибетской культуры. Я чувствую, что действительно очень важно сделать что-то для этого.

Если культура и учение обладают истинной ценностью, чем-то конкретным, то они обладают ценностью не только для тибетцев, но для всех существ. Тогда люди должны постараться понять эту ценность и попы­таться спасти всё это. Например, существуют сотни томов учений Дзогчен, и эти книги есть только на тибетском. Только две или три маленьких книги были переведены на западные языки. Остальные – всё ещё только на тибетском. И сегодня почти повсюду есть много лам и людей, которые интересуются учением, изучают тибетский язык. Но никто не знает, сколько времени это может продлиться. Возможно даже, что через шестьдесят или семьдесят лет все тибетские книги окажутся в музее и люди будут говорить: «В Тибете существовала цивилизация. Вот, такой была письменность тибетцев». Когда люди будут ходить таким образом смотреть на это в музеи, будет слишком поздно, мы больше не сможем значительно изменить это.

Это означает, что мы должны сделать что-то, например, чтобы перевести книги на европейские языки, и чтобы люди учились как только возможно. Учение требует передачи, чего-то живого, оно не похоже на книгу, историю. Необхо­димо, чтобы мы делали что-то, чтобы оно могло продолжаться для будущих поколений. Может быть, мы ещё проживём сорок, пятьдесят, шестьдесят лет и тогда мы станем частью истории: «Всё это было». Если мы оставим что-то полезное, оно послужит будущим поколениям.

В особен­ности, что касается Учения, если мы действительно считаем, что оно обладает ценностью, мы должны спасти его и сделать так, чтобы оно сохранилось тем или другим способом. По этой причине крайне важно, чтобы все практикующие сотрудничали между собой и люди чувствовали себя ответственными за это. Иначе никто не будет этим интересоваться.
... ...

У нас есть много практикующих Дзогчен в мире. Если все будут сотрудничать, это может стать очень мощным. Когда собирается много капель, образуется океан. Таким образом мы действительно можем сделать многое. У нас есть много мест Дзогчен-общины, рассеянных по миру.

Дзогчен-община не сводится к группе людей, которых мы называем: Дзогчен-община. Дзог­чен-община основывается на учении Дзогчен. Всем людям, которые заинтересованы в учении Дзогчен, необходимо сотрудничать. Дзогчен-общиной повсюду является именно такой способ действий и поддержания сотрудничества.

Есть большая разница между центрами и Дзогчен-общи­нами. Это – не вопрос терминологии, можно называть Дзогчен-общину центром, это ничего не меняет. Но что касается центров, это – заинтересованные люди, которые открывают центры. Затем они организуют лекции и живут таким образом. С другой стороны, многие центры организованы по глубоко укоренившемуся бюрократическому способу. По­всюду в мире в Дзогчен-общине существует автономия, нет ничего похожего на это. Мы нуждаемся только в том, чтобы поддерживать сотрудничество между общинами. Для того, чтобы сотрудничать, мы распо­лагаем газетами, информационными бюллетенями.

Главное и самое важное, чем мы располагаем, – это Учение. Это – всё. Таким образом все люди, которые заинтересованы в учениях Дзогчен, состав­ляют часть Дзогчен-общины. Дзогчен-община никоим образом не является закрытой группой, организацией, которая объединяет нескольких человек. Я думаю, что также очень важно, чтобы люди это понимали.

Иногда некоторые говорят: «Мы – очень свободны, у нас нет программы, мы являемся чем-то противоположным организации». Дзогчен-община не заинтересована в том, чтобы создавать организацию подобную другим, но это не означает также, что мы ничего не де­лаем и живём как некая разновидность хиппи.

Мы знаем, что впереди – будущее, мы знаем, где мы находимся, – в обществе. У нас есть общество с его ограничениями, как мы могли бы жить, ничего не делая? Если вы где-то спите ночью, вы должны по крайней мере позаботиться о постели. Если вы что-то едите, вам необходимо это приготовить. Таким образом, это не означает, что мы ничего не делаем, мы должны что-то делать. Но мы делаем это, обладая чувством того, что несём за это ответственность. Мы делаем что-то, потому что для этого есть причина. Мы это знаем и при­нимаем за это ответственность. Если вы это знаете, всё становится делать легче. Множество проблем или конфликтов исчезают.

Некоторые говорят: «О, в нашем центре, в нашей традиции, мы – очень открыты». В учении Дзогчен, в Дзогчен-общине, нет ничего, что необхо­димо открывать или закрывать. Если вы думаете обратное, вы подобны другим практикующим. Также все заинтересованные практикующие являются частью семьи. Если мы начинаем ограничивать самих себя, мы развиваем напряжения. Если отсутствуют напряжения или проблемы, мы не будем соперничать, бороться друг с другом. Прежде всего необходимо открыться, это - главное. И мы не будем спорить с другими, говоря им: «Вы должны открыться». Это действительно является главным, самым важным в том, что касается установления сотрудни­чества. Если между практикующими отсутствует сотрудничество, они не могут сотрудничать с другими.

Именно так говорил Конфуций в Китае. Самым главным является следующее: прежде всего вы должны пребывать в мире со своей семьёй. Если в вашей семье царит мир, мир сможет царить и в вашей области. Если в вашей об­ласти царит мир, мир сможет царить и в вашей стране, среди вашего народа. Тогда вы также смо­жете обрести мир во всём мире. Это – очень красивые, очень хорошие слова. Но я не знаю, как они их применяют. Вот сущность того, что я хотел сказать: сотрудничество крайне важно, вы должны привлекать всех.


Из учений, данных в Марсеволе (Франция) в 11-16 мая 1989 года.

Перевод с французского: Игорь Калиберда.